Письма Крошки Мю: Межмай

Три рабочих дня между майскими праздниками, вот эта сомнительная возможность для россиян отдохнуть от одних шашлыков и подготовиться к другим, я про себя называю «межмаем». Короткое и странное время.

Работается в межмае лениво. Каждый из трех дней – как первый день после отпуска и одновременно как последний – перед ним. Или как будто Москва – это часть путешествия между Ярославлем и Истрой, достопримечательность, на которой мы почему-то задержались дольше обыкновенного.

Даже на собственной кровати спится, как в хостеле – приходишь ночевать вечером, уходишь утром. А между подъемом и отбоем – какая-то незнакомая, невероятно зеленая и цветущая Москва (как будто кто-то разом выкрутил яркость на полную мощность), запах предлетнего неба и яблоневых цветов, и улыбки людей на улицах передаются воздушно-капельным путем, как передавался зимой грипп. Мама улетела в Грецию (грецца, стало быть), остальные члены семьи тоже мигают, как светлячки – то появляются, то исчезают. Стабильно дома можно застать только кота.

Утром кот скребется в дверь комнаты, скребется всегда ровно за час до будильника, независимо от того, на какое время тот заведен. Такое кото-уведомление: через час вставать. Очень полезная функция – есть возможность быстренько оценить свое состояние перед рабочим днем и заодно порадоваться, что вставать еще не сейчас – можно попробовать срочно доспать недовыспанное.

У кота с утра случается приступ необъяснимой охотничьей активности. Максимально удачный объект для охоты – это, конечно, ноги спящих людей. И еще вот те цацки на стеклянном столике в комнате, куда ему днем не разрешают тянуться. Потому с утра кот регулярно стучится в дверь, а его, понятно, столь же регулярно не пускают. Но он верит, что настойчивой дрессировкой можно добиться от людей почти всего – и в этом скорее прав, чем не прав.

Сегодня ему улыбнулась удача. Рассудив, что иногда кота проще пустить, чем переупрямить, я открыла ему дверь. Рыжий дежурно потупил минутку на пороге, делая вид, что не очень-то и хотелось, а потом вспрыгнул на мамину кровать, свернулся клубком и заснул под шум весеннего дождя.

Долго, упорно и фанатично стремиться к любимому спальному месту – это очень глубокая жизненная философия, я считаю. С этой точки зрения, в крайние дни длинных походов я тоже становлюсь практически котом: мечтаю оказаться в своей уютной кроватке, свернуться под одеялом и урчать о том, как мягко и тепло спать дома.

И так до тех пор, пока ветер снова не запахнет путешествиями, а все заинтересованные части тела не запросят новых приключений.

То есть примерно дня на три.

Ровно на межмай.

 

Добавить комментарий