Письма Крошки Мю: Мотивация (Artem Lebedev cover)

«Как ты мотивируешь себя делать важные, но неинтересные дела?».

На этот вопрос у изобретательной меня есть аж три варианта ответа.

И все они, как у классика Артём Татьяныча, начинаются со слов «Да никак».

  1. – Как ты мотивируешь себя делать важные, но неинтересные дела?

–  Да никак: я превращаю важное дело в неважное.

Я соображаю, а действительно ли это дело такое уж важное. Нельзя ли его, скажем, отложить? Перепоручить кому-нибудь другому? Сделать не все, а только часть? Разбить на мелкие задачи и половину из них делегировать?

Тут, конечно, есть всякие соблазны типа прокрастинации, халатности и прочих милых маленьких офисных болезней. Но это уже история из предыдущей серии – про ответственность, умение оценивать обстоятельства и возможные последствия своих действий.

В конце концов, действительно важных дел не так уж много. Если их вдруг оказывается больше, чем мелких и несрочных – скорее всего, что-то не так с постановкой задач или с приоритетами.

Впрочем, некоторым нравится жить в постоянном цейтноте из Очень-Важных-Дел-Ни-Одним-Из-Которых-Нельзя-Пренебречь. Тогда есть второй вариант.

  1. – Как ты мотивируешь себя делать важные, но неинтересные дела?

– Да никак: я превращаю неинтересное дело в интересное.

Если своевременно закончить ныть про то, как тебя всё достало и как твою молодую талантливую тушку тут никто не ценит, то, вообще-то, почти в любом деле можно найти для себя что-нибудь интересное.

Сделать его каким-нибудь необычным образом (не в смысле «через жопу», а в смысле «нестандартно». Хотя первое является подмножеством второго, да). Придумать, как оптимизировать процесс – а это уже всегда творческая задача. Включить перфекциониста и сделать идеально. Включить девелопера и напихать в сделанное дополнительных интересных фич.

В конце концов, можно расширить вводные данные, то есть поиграться. Например, в прошлом апреле я поспорила с Давидом Дале, что напишу диплом за сутки (а диплом мой на тот момент был в полузачаточном состоянии и эволюционировать не хотел вообще). Я включила себе в наушниках темы из Mission Impossible и BBC-шного Шерлока и представила, будто я агент на задании, специалист самого высокого класса, и мне срочно нужно взломать этот чертов Пентагон, потому как ну а кто кроме меня. Дело сразу пошло веселее и эффективнее, и за несколько часов объем написанного текста увеличился в –дцать раз.

Почти везде можно найти что-то интересное. Или сделать себе интересно самостоятельно. Так уж устроена жизнь.

Изредка бывают, правда, случаи, когда то, чем ты занимаешься – это вот совсем не твое. И сделать с этим ничего нельзя. Или, как в той истории с превращением буханки хлеба в троллейбус – можно, но зачем?

Для таких ситуаций у меня есть третий вариант ответа.

  1. – Как ты мотивируешь себя делать важные, но неинтересные дела?

– Да никак.

Это иcтория про мое высшее образование.

Я закончила бакалавриат, фактически, на чистой удаче. До, после и даже в процессе получения диплома я рассказывала всем, кто еще мог меня слушать, как мне все это надоело, и в каком дубовом гробу с бархатной обивкой я видала родную дисциплину.

На этом фоне мое поступление в магистратуру смотрелось очень странно. Справедливости ради, это произошло почти по инерции: в феврале я написала туда олимпиаду, болея с температурой и вообще от нечего делать, и вдруг прошла на бюджет. Это был путь наименьшего сопротивления, а я большой любитель лишний раз не рыпаться – потому в сентябре я снова оказалась на факультете социологии.

Вспыхнувший было интерес к новым предметам быстро погас совсем. Я почти ничем не занималась, кроме, разумеется, нытья о судьбах Родины. Было скучновато, но, в общем, терпимо. По крайней мере – до января.

А в январе я вернулась с Лансароте и обнаружила, что не могу заставить себя сесть за учебу от слова «совсем». Очередной дедлайн был – так, ерунда, а не дедлайн, и работы-то там было на две странички, и особых изысканий, в общем, никаких не требовалось – так, пососать слова из пальца. Но меня перемкнуло: я ходила вокруг компьютера, прокрастинировала отчаянно, чуть не плакала и не могла заставить себя написать пары  строчек.

После Лансароте я вернулась окрыленная, летящая, с невероятным ощущением внутренней силы – и вдруг необходимость сделать какую-то фигню на тыщу знаков  чуть не высосало из меня всю радость двух канарских недель. Это, в общем, был достаточно доходчивый знак, что пора перестать жевать кактус.

Мне повезло дважды. Во-первых, значимые для меня люди больше поддерживали меня, чем старались отговорить. Во-вторых, я сумела удачно и быстро найти работу, которая меня не устраивает разве что в том смысле, что в офисе почему-то все еще не стоят кулеры с Jack Daniels.

Но даже если бы было труднее, не думаю, что я бы поменяла решение. Долгое занятие неинтересным делом приравнивается к страданию фигней и наказывается потерей драгоценного жизненного времени со здоровьем вместе.

Здоровье, между прочим, одно, а вот альтернативных и увлекательных занятий – вагон и две маленьких тележки. Из фигни же надо либо сделать не фигню, либо ею не страдать.

Считаю, у меня нынче вышла практически басня. Даже с моралью.

Добавить комментарий