Сказка: Моск и его босс

Жил-был один очень умный юноша, звали его Ч. Моск.

Моск работал главным ассистентом самого главного босса в большой компании. В его обязанности входило всё-всё знать о работе компании, всё-всё анализировать и докладывать об этом боссу. Моск был очень предан компании, поэтому работал на нее не покладая рук. А еще он был юноша очень параноидальный и беспокойный: всё время пытался просчитать абсолютно всё и волновался по любому поводу. Уж очень ему хотелось, чтобы у компании было всё хорошо!

Врывается, например, утром Моск к боссу в кабинет:

– Босс! Я тут перечитывал отчеты пятилетней давности и в отчете за январь в пункте 5.3.8 нашел опечатку! Вдруг нас налоговая прижмёт?!

– Мистер Моск, – говорит ему босс, – этот отчет же давно в архиве. По той декларации мы давно уже заплатили. И вообще, зачем вы перечитываете такие старые бумаги, если они не нужны нам прямо сейчас?

– А вдруг что! – заламывает руки Моск. – Надо всё предусмотреть! Надо быть ко всему готовым! Я не могу допустить разорения этой компании.

И по таким вот поводам он вбегал к боссу в кабинет каждые две минуты. Спросите, почему босс не увольнял Моска? Ну, Моск был очень-очень умный и знал компанию, как никто другой. А если ему дать конкретную задачу – блестяще с ней справлялся. Но главная причина была в том, что больше никто, кроме Моска, не мог быть главным ассистентом босса. Так уж сложилось исторически.

Однажды Моск вот так вбежал к боссу в кабинет – хотел обсудить план действий на случай, если компанию захватит мафия. Особенно его волновало, как быть, если мафию будут поддерживать спецслужбы. Вероятность, конечно, мала, но а вдруг? А вдруг?!

Вбежал, значит, Моск в кабинет, а босс против обыкновения не сидит за своим столом, а стоит у панорамного окна и смотрит вниз на город. А вид, надо сказать, из кабинета был потрясающий: оживленные улицы, за ними окраины с зелеными садами, а вдалеке над полями садилось рыжее солнце.

– Босс! – кричит Моск. – Я тут подумал! Ведь мафия!..

– Мистер Моск, – говорит ему босс, не оборачиваясь. – Идите-ка сюда. Видели когда-нибудь, какой красивый вид?

Моск подошел к окну, встал рядом с боссом и на минутку застыл, очарованный закатом. Но потом его опять одолела тревога.

– Надо обсудить же… вероятность разорения в случае рейдерского захвата…

– Мистер Моск, – говорит босс. – Я хотел бы ввести небольшое новое правило. Вы можете врываться ко мне в кабинет со всеми вашими гениальными идеями или беспокойствами, как обычно. Но если я, как вот сейчас, стою у окна и любуюсь видом, то все проблемы могут подождать, пока я снова не сяду за свой рабочий стол. Пока я тут стою, я вас буду слушать, но делать ничего прямо сразу не буду. Идёт?

– Ну… Хорошо, – неуверенно согласился Моск.

Так и повелось. Иногда, когда Моск врывался к боссу в кабинет, тот стоял у окна: это значило, что обсуждение всяких теорий заговора, отчетов десятилетней давности и свежих стратегий надо отложить, пока босс не вернется за стол. Хотя иногда Моск не выдерживал (ведь все его сообщения были очень важными!), и начинал делиться с боссом своими тревогами, пока он стоял у окна. Но босс обычно ничего не отвечал, и Моску приходилось ждать, пока босс закончит любоваться видом. И странное дело – когда босс возвращался за стол, Моск часто уже забывал, с какой же важной проблемой он заходил в кабинет.

Как-то раз, когда босс снова стоял у окна, а Моск вбежал с криками, что надо срочно перепроверять квартальные показатели за позапрошлый год (в руках у него была стопка папок с этими бумагами), босс спросил:

– Слушай, а тебе самому-то хочется это делать? Ну, перепроверять по тридцать раз пыльные отчеты? Ты правда считаешь, что это так важно для будущего нашей компании?

– Ну… – смутился Моск и посмотрел на стопку бумаг у себя в руках. Она была просто огромной. – Вообще-то, нет. Это скучно. И вряд ли они нам еще понадобятся. Я же так… на всякий случай… мне не очень нравится, если честно.

– Ну так и выброси их в корзину, – посоветовал босс. – Вон, под моим столом.

Моск бросил стопку бумаг в корзину. Постоял, недоуменно глядя на них (он в жизни раньше не выбрасывал отчетов!), и вернулся к окну.

Пару минут помолчали. Потом Моск смущенно признался:

– Мне понравилось. В смысле… мне не нравились эти отчеты, и они были бесполезны… и оказалось, их можно просто выкинуть…

– А давай теперь так, – предложил босс, – если ты заходишь ко мне и видишь, что я стою у окна, а ты пришел ко мне с делом, которое объективно бесполезно и тебе не нравится – берешь и выкидываешь его в мусорку. Как тебе?

Моск содрогнулся. Экспериментально выбросить одну стопочку вусмерть надоевших бумаг – еще, пожалуй, можно… но постоянно?

Но босс есть босс, что поделаешь. Теперь, когда Моск приходил к боссу и видел, что тот любуется видом – он останавливался и спрашивал себя, насколько важное у него дело и насколько ему нравится им заниматься. Удивительно, но почему-то часто оказывалось, что дело и неважное, и нерадостное. И Моск выкидывал стопку бумаг в корзину под столом босса и выходил из кабинета.

Уборщицы не успевали очищать мусорные корзины: всё потому, что босс всё чаще любовался видом у окна, а Моск выкидывал в мусорку всё больше ненужных бумаг. А однажды босс перетащил свой стол к окну и теперь работал там, то и дело поднимая голову, чтобы поглядеть на город, зеленые поля и закат.

Моск зашел к боссу в кабинет, увидел стоящий у окна стол и вздохнул. Честно говоря, иногда ему было неуютно все время спрашивать себя, насколько важна каждая его идея. Беспокойно врываться к боссу каждые две минуты было привычнее. Так он чувствовал, будто действительно занят делом.

– Ты умный парень, – ободряюще сказал Моску босс. – Я уверен, теперь, когда ты меньше будешь думать о неприятных и бесполезных вещах, ты найдешь, чем еще заняться… чем-нибудь действительно интересным и нужным для нашей компании.

Конечно, Моск не бросил насовсем пересматривание старых бумаг и обдумывание теорий заговоров. В конце концов, это у него было что-то вроде хобби.

Но научившись выкидывать совсем уж ненужные бумажки (со временем это у него стало получаться всё лучше), он освободил кучу времени для интересных мыслей, перспективных планов и просто приятных занятий.

(Например, он обнаружил, что ему очень нравится писать сказки).

Частенько Моск теперь заходил к боссу в кабинет не по срочному-страшному делу, а просто так. Он подходил к окну, и они с боссом вместе молча любовались на прекрасный вид, впитывали солнечные лучи и пили зеленый чай.

И иногда обсуждали, что же всё-таки делать, если в город прилетят инопланетяне.

Просто развлечения ради.

Проклятие феи болот, часть 2

– Слушай, – сказала принцесса ведьме, – а помнишь, ты сказала, что проклятие болотной феи было типа самосбывающегося пророчества? Ну, она сказала, что мне что-то испортит жизнь, и я все время искала, что бы это могло быть – и сама же себе этим жизнь и портила, своими страхами да нервами?

– Ну, – сказала ведьма, внимательно глядя в котел.

– Ты тогда сказала, что проклятие феи само по себе не имеет силы, потому что она… ну, фея. Она может колдовать на своих болотах, но над людьми у нее нет власти. Так?

– Ну, – сказала ведьма, еще внимательнее глядя в котел.

– Так это… все остальные, которые пришли на мой день рождения и желали мне всяких хороших вещей… они же тоже были феи. Феи цветов, озер, леса там. Так они тогда, наверно, тоже… ну… не имеют над людьми власти?..

– Логика все-таки зло, – вздохнула ведьма, наконец подняв глаза от котла. – Учат ей кого попало… Да, они тоже феи, а феи не имеют над людьми власти. Давай, закрывай свой силлогизм.

– Значит, их пожелания здоровья, добра и долголетия – это тоже было так, для красного словца? В них тоже не было магии, и ничего они мне не дали на самом деле? Они всех обманули, да?!

– Ну прикинь, живешь ты десять лет в лесу, а тут тебя приглашают в королевский замок попировать на халяву… в конце концов, добрые пожелания новорожденной – это минимальная  вежливость, – рассудительно заметила ведьма, посмотрела на выражение лица принцессы и вздохнула. – Магии действительно нет, да. Почему тебя это волнует?

– Ну как, – всхлипнула принцесса, – это же значит, что всё ложь! Никакая я не самая красивая, и не умная, и не добрая, и петь не умею!

– Минуточку, – сказала ведьма. – Но проклятие болотной феи-то работало, верно? Жизнь оно тебе портило?

– Ну да-а-а, но это же потому, что я сама в него верила-а-а!

– Ну. А с красотой, умом, пением и всем остальным проблемы были? Ты когда-нибудь сомневалась, что ты самая замечательная и дальше по списку?

– Не-е-ет… но это же потому, что я сама в это…

Тут принцесса захлопнула рот и уставилась на ведьму огромными глазами.

– Учат, говорю, логике кого попало, а к логике ж еще понимание должно прилагаться, – проворчала ведьма. – Пока не знаешь, что хорошо для тебя, что плохо, начерта тебе та логика со всеми науками впридачу?! Дали обезьяне молоток…

– Так и что теперь, – ошеломленно сказала принцесса, – ты предлагаешь мне, что ли… выбрать, во что верить? Типа, верить в проклятие болотной феи вредно, не верь? А в пожелания добрых фей верить полезно, в них, давай-ка, верь?

– В идеале именно это я бы и посоветовала, – вздохнула ведьма. – Но нонче же все ученые стали, надо все по двадцать раз проверить… чтобы прийти к тем же выводам. А и ладно, проверяй. Проверяй, что умная, проверяй, что красивая… читай книжки про то, что всё субъективно, медитируй, ходи на тренинги по поднятию самооценки, учись отделять себя саму от своих мыслей-желаний-действий… короче, когда вернешься в эту же точку – приходи, поболтаем. Авось к тому моменту будет, о чем.

– А что, обязательно так долго? – разочарованно сказала принцесса. – Нельзя просто взять – и поверить в то, что будет тебе помогать жить?

– Можно, но это приходит с опытом. Раз пять пройдешь по девять кругов, и чего-нибудь, авось, забрезжит, – сказала ведьма. – Но это, скажем так… пока не твой уровень. Рационально взвесить варианты, а потом заставить себя со всей нерациональностью сосредоточиться на оптимальном? Нет, так средняя принцесса обычно не делает. А если делает, то она уже не совсем принцесса.

– А кто? – озадаченно спросила принцесса.

Ведьма усмехнулась.

– Ведьма.

Как съездить в пакетный тур и отдохнуть нормально

В этом году я неожиданно для себя слетала в Турцию. В пакетный тур. В олинклюзив. (Ну, просто предала походный туризм по всем возможным направлениям).

Август, Турция, олинклюзив — тут отдыхается часто не «благодаря», а «вопреки». Надо сказать, что пакетный тур — удобная штука, но требует немножко дополнительной организации для максимального комфорта. И у меня это таки получилось, и по итогу я составила гайд, как нормально съездить в пакетный тур, получить удовольствие, отдохнуть и не потратить всё здоровье и деньги.

Пользуйтесь. 🙂

Рассчитать время отпуска

На сайтах, где будете выбирать отель, будет указано время вашего пребывания там: например, 6 ночей/7 дней. Тут надо иметь в виду, что в эти дни включен трансфер: с большой вероятностью вы приедете в отель вечером первого дня, а уедете ранним утром последнего. Так из семи дней отдыха у вас останется только пять.

Закладывайте в расчеты два дня на дорогу: в крайнем случае поваляетесь на пляже лишние полдня.

Готовиться к возможным задержкам

Мой рейс в Турцию сильно задержали, мой отель был последним из тех, куда развозит туристов трансферный автобус… короче, я приехала в отель почти в полночь, когда там уже не кормили. А не ела я примерно с утра. Пришлось хватать кредитку (благо их там принимали) и идти в круглосуточную кафешку.

Возьмите в дорожную сумку перекус: батончики, сухарики, бананы. Еще хорошо иметь бутылку воды. Если рейс задерживается больше, чем на три часа — идите к представителям авиакомпании, они дадут бесплатную воду.

Брать экскурсии у местных (если разбираетесь в этом)

Обычно туроператоры предлагают во время отдыха съездить на экскурсии по местным достопримечательностям. При этом гиды заранее пугают, что если взять аналогичную экскурсию не у них, а в каком-нибудь экскурсионном бюро рядом с отелем, то вас обязательно обманут, стрясут лишние деньги и вообще оставят голыми на дороге.

Тут есть два момента. С одной стороны, в стоимость экскурсии у официального туроператора обычно включены билеты на интересные объекты, страховка, иногда питание. Плюс в случае каких-то проблем с туроператором разбираться проще, чем с местечковым бюро.

С другой стороны, во многом эти страшилки обусловлены страхом туроператоров потерять прибыль. Экскурсии у местных могут действительно стоить дешевле, а качество не обязательно хуже — главное, уточните моменты со страховкой, входными билетами и трансфером. Погуглите контору по ее названию и местонахождению — почитать отзывы.

Уточняйте все детали поездки и читайте отзывы, когда берете экскурсии у местных. Если не хотите этим заморачиваться и готовы немного переплатить — берите экскурсии в отеле.

Не клевать на туристические места

Обычно у туроператоров, которые везут своих туристов на организованные экскурсии, есть договоренность с местными магазинами еды, сувениров, алкоголя, текстиля: в течение экскурсии вас завезут в одно-два таких места, якобы чтобы дать отдохнуть вам и водителю автобуса. Параллельно вам, конечно, будут активно рекламировать товары, а гид «по секрету» скажет вам, что тут и только тут можно купить самое лучшее.

Ребята зарабатывают на этом неплохие деньги. Справедливости ради, и товары обычно не совсем ширпотребные. Но точно такие вы сможете купить недалеко от отеля, как правило в полтора-два раза дешевле.

Что касается «уникального вина», «качественнейшего кокосового масла» и «чудодейственного крема» — продавцы будут действительно профессионально капать вам на мозги (купить захочется обязательно), но по прилете домой эти вещи магическим образом потеряют свою привлекательность. Хочется потратить деньги на экзотику — постарайтесь купить ее в магазине самостоятельно, а не после того, как вам полчаса лили мед в уши.

Ходите по магазинам сами. Представьте, как вы будете относиться к купленной вещи, когда привезете ее домой. Сэкономите деньги в поездке и место дома.

Жить в своем режиме

В обычном олинклюзиве приемы пищи расписаны по часам: с 7:30 до 10:30 завтрак, с 13 до 15 обед и так далее. В теории, каждый может есть когда хочет; на практике это означает, что ровно к 13 часам в обеденном зале собирается голодная толпа, объединенная стремлением съесть все и не отдать ничего.

А бесплатные лежаки на пляже всегда свободны только в рекламных буклетах: в реальном мире поверх лежака уже всегда есть чье-нибудь тело. И если тело уйдет поесть или погулять по городу, не думайте, что сможете претендовать на лежак: тело оставит сверху пляжное полотенце и таким образом застолбит лежак до вечера.

Короче, где много народу, там конкуренция за ресурсы, даже если они не дефицитные. Решение? Идите против потока.

На пляже, например, хорошо с семи до девяти с лишним утра: в это время можно найти хороший лежак на первой линии, поплавать в еще пустом море, полежать под солнцем без опасения сгореть. И когда к десяти нахлынет основная толпа, можно лениво уйти в тенек у отельного бассейна. Ходить есть, когда обед или ужин уже почти закончился, когда людей (и конкуренции за бесплатную еду) уже нет. Гулять не только по туристическим бульварам, но и по тихим улочкам: народу меньше, а виды почти всегда интереснее. (Кстати, скачайте maps.me — на этих офлайновых картах отмечены в том числе интересные места и неочевидные обзорные площадки).

Спланируйте день так, чтобы не пересекаться с основной толпой туристов, и отдых не превратится в ежедневную борьбу за место под солнцем.

Быть аккуратнее с солнцем и едой

В Турции я с изумлением смотрела на соотечественников, которые стояли под солнцем в два часа дня, уже будучи цвета вареных раков. Неужели они не подозревают, что между жутким болезненным обгаром и палящим солнцем может быть какая-то связь?

Потом, уже в аэропорту по дороге домой, мне объяснили, зачем так делать. Оказывается! Если ты приедешь из Турции «недостаточно загорелый» — то есть если кожа не облезла минимум в три слоя, — это как будто ты там и не отдыхал. А надо же, чтобы людям было видно!

Если вы не готовы жертвовать здоровьем, чтобы что-то показать каким-то абстрактным «людям», будьте аккуратны с солнцем. Тут все известно и просто: мазаться солнцезащитным кремом, обновлять его после долгого купания, в период с 11 до 15 часов уходить с солнца. Лицо, особенно нос и щеки, стоит мазать чаще всего. Совсем хорошо — после душа мазаться кремом «после загара». Головной убор, особенно широкополая шляпа, спасет головушку и плечи, а солнечные очки — глаза. Все это банально, но реально добавляет плюс сто к комфорту.

Что касается еды: слушайте свой организм. Опять-таки банально, но очень действенно: не ешьте много (даже если это соблазнительный шведский стол), поменьше жирного и острого. С местной экзотикой — аккуратнее.

Серьезно, все это так давно известно, что по большей части мы пропускаем это мимо ушей. Но качество отдыха больше чем наполовину определяется отношениями с солнцем и едой.

Берегитесь сильного солнца и переедания. Недоесть и недозагорать — не так страшно, как переесть и сгореть.

 

И главное. Не заставляйте себя «отдыхать, как правильно»: сейчас на пляж, потом на экскурсию, потом на дискотеку. Все время прислушивайтесь к своему телу и своему настроению. Делайте, что вам хочется: если хочется лежать весь день у бассейна, или валяться в номере с книжкой, или весь день бегать по городу — значит, это именно то, что вам сейчас нужно. Не обвиняйте себя за свои желания — прислушивайтесь к ним.

Только вы знаете, как вам лучше отдохнуть.

Удачи!

 

Проклятие феи болот

Домик ведьмы стоял на отшибе, но народная тропа к нему не зарастала. За умеренную плату она решала самые разные проблемы – от неурожая до семейных раздоров. Недостатка в клиентах не было.

Впрочем, клиентами были все больше крестьяне да лесорубы, королевские особы заходили редко. А потому ведьма немало удивилась, когда в хижину осторожно вошла девушка в тонкой золотой короне — местная принцесса.

Ведьма пригласила принцессу к столу. Принцесса настороженно оглядела комнату, провела по скамье рукой, дотошно осмотрела все ножки и только потом села.

— Ну, рассказывай, — предложила ведьма, ставя на стол тарелку с печеньем.

— Да обычная история, — хмуро сказала принцесса. — Родилась у родителей, значит, дочка, долгожданная, здоровенькая, красивая… это я, если что. Естественно, позвали всяких гостей. В том числе фей. Фею цветов, фею леса, фею озер… ну, кого смогли вспомнить. Но их же до пса! Обязательно кого-то упустишь, а они такие обидчивые! Забыли, короче, фею болот позвать. Ну она, как водится, пришла сама. И естественно, сделала гадость.

— Проклятие, завязанное на укол веретена? — предположила ведьма. — Это могло сработать века два назад. Уже давно придумали, как обойти.

— Да нет, там сложнее, — помотала головой принцесса. — В общем, начали феи подходить к кроватке и благословлять меня. Одна подарила красоту, другая — нежный голос, третья — умение не раздражаться по пустякам… считается, что это редкий дар у современных принцесс… в общем, всё, что только можно, подарили. И предпоследняя фея, у которой вариантов уже особо не осталось, сказала: «И пусть всё у тебя в жизни будет хорошо!».

— И тут, видимо, выходит фея болот и как-то изменяет последнее пожелание, — догадалась ведьма.

— Ну да. Подходит к колыбельке и говорит: ты, мол, теперь такая красивая и умненькая, и всё у тебя в жизни будет хорошо, кроме одной вещи — эта одна вещь испортит тебе жизнь! Но что именно за вещь это будет, никто не знает!

— Ого. Проклятие без привязки к конкретному предмету, времени и ситуации… Это будет помощнее отравленной железяки. Признаться, я всегда думала, что фея болот ничего кроме несварения у лягушек вызывать не умеет. А дама оказалась полна сюрпризов.

— Очень рада за фею болот, — кисло сказала принцесса. — Ну а мне-то что делать? Мне же жизни нет!

— То есть, уже что-то случилось? — нахмурилась ведьма.

— Нет. Но может ведь в любую минуту случиться! И поди знай, когда и что это будет. Я в зеркало смотрюсь каждые пять минут — вдруг флюс выскочит или язва какая ужасная, и вся моя красота попортится! Хожу осторожно, под ноги смотрю всё время, тапочки ношу вместо туфелек — а то вдруг упаду, сломаю позвоночник или головой ударюсь, да так и останусь калекой или тупицей. А недавно, — принцесса трагически понизила голос, — приехал в наш дворец принц. Хорош собою, богат, умен, добр. Как посмотрел на меня — влюбился мгновенно! Предложение через три дня сделал, уже и его родители благословили, и мои. К свадьбе готовимся…

— Ну так совет да любовь, — недоуменно сказала ведьма. — Или молодой человек вызывает опасения?

— Да какие там опасения, идеальный жених со всех сторон! Только я теперь вообще не ем и не сплю, извелась вся. А вдруг вот он, момент, где всё пойдёт не так! Вдруг принца убьют или, хуже того, уведут! Вот и решила к вам пойти, от отчаяния уже. Кроме вас, некому помочь. Снимите с меня проклятие, плачу любые деньги!

Ведьма внимательно посмотрела на принцессу. Красивая, но бледная от нервов и недосыпа, девушка оглядывала ведьмину хижину с таким видом, будто в любой момент может начаться апокалипсис.

— Одна вещь, которая испортит жизнь, значит, да? — протянула она.

Встала, отошла к камину, кинула в горшочек какую-то траву, залила ее кипятком и поставила перед принцессой.

— Пей, — сказала ведьма.

Принцесса подозрительно понюхала напиток.

— При всем уважении, — осторожно сказала она, — это же просто крапивный настой.

— Ну да, — ведьма пожала плечами. — Молодая крапива, только сегодня собрала. Лучше всяких чаёв. Тебе еще до замка идти обратно, не могу же я тебя горячим не напоить на дорожку… Пряник будешь?

— Какой ещё пряник? Какая дорожка?! Я от проклятия избавиться пришла! Оно же мне всю жизнь испортит! Давай делай свои крибле-крабле-бумс! Ведьма ты или нет?!

— Я-то ведьма, и между прочим, за такие разговоры и в дуршлаг превратить могу, — наставительно сказала ведьма. — А вот фея болот заведует исключительно лягушками и комарами. Ну, может быть, еще клюквой, под настроение. У человека она даже бородавки насадить не сможет. Узкая специализация, что тут сделаешь… «Одна вещь, которая испортит жизнь», ха!

— Так значит, она меня не прокляла?!

— Почему же? Еще как прокляла. День за днем, год за годом ты методично искала, что в твоей жизни может пойти не так. Вместо того, чтобы жить и радоваться, ждала, что случится что-нибудь ужасное. Смотрелась в зеркало — искала прыщи, начинала новое — боялась неудач. Теперь приехал жених, и ты вообще до невроза себя довела. Самое страшное проклятие — вечное ожидание проклятия… Причём, заметь, всё это без малейшего участия со стороны феи болот! Красиво. Настоящий профессионал — так хитро потратить чужие силы на свою работу!

Принцесса посмотрела в свою кружку с крапивным настоем.

— Так, значит, никакой опасности нет? Это всё было только в моей голове?

— Ну, буду честной. Вероятность сломать ногу, распухнуть от флюса или потерять принца у тебя есть, — сказала ведьма. — Но не больше и не меньше, чем у всех остальных. А уж испортит это тебе жизнь или нет — тут как сама решишь, хозяин барин. Но что бы ни произошло, могу гарантировать одно — фея болот со своим проклятием будет ни при чём, никаким боком.

Принцесса задумчиво кивнула. Допила крапивный настой, встала из-за стола, поблагодарила ведьму и пошла к выходу. Ведьма заметила, что принцесса всё ещё осторожно смотрит под ноги и оглядывается, но уже менее испуганно. На пороге она обернулась.

— Проклятия… точно нет?

— Только пока ты в него веришь, — сказала ведьма. — Но как видишь, этой веры вполне достаточно, чтобы самой испоганить себе жизнь. Будь хорошей принцессой, послушай тётю ведьму: марш в замок, поцелуй принца на ночь и ложись спать. А под ноги всё-таки продолжай смотреть. Хорошая привычка, проклятие там или нет.

— Спасибо! — взволнованно сказала принцесса. — У меня теперь же новая жизнь начнется! Вы меня просто спасли!

— Не спорю. Иногда вправишь одну извилину, глядишь, и вся тушка спасена, — сказала ведьма, тактично выталкивая принцессу за дверь. — С тебя фунт золота и мешок куропаток, пришлёшь с нарочным. Привет принцу, поклоны крестным феям. И ты это, заходи, если что.

Как выбрать умные часы для бега

Меня зовут Ника, я занимаюсь бегом. Недавно начала готовиться к полумарафону, а в будущем надеюсь дорасти до марафона. Чтобы контролировать свою активность в течение дня и особенно на беговых тренировках, я купила себе умные часы.

Умных часов на рынке сейчас очень много. Они отличаются функциями, марками, моделями и ценой. В этой статье я расскажу, на что важнее всего обратить внимание, выбирая умные часы для бега.

Зачем бегуну умные часы?

Когда я только начинала бегать, я бегала без всего: надевала кроссовки, выходила на улицу и пробегала дистанцию, в лучшем случае криво померянную по Яндекс.Картам. Этого вполне хватало на начальном этапе, когда бегаешь для себя, просто чтобы поддерживать форму.

Но когда начинаешь целенаправленно тренироваться — чтобы пробежать определенную дистанцию или повысить свою выносливость — важно знать некоторые показатели бега и ориентироваться на них, чтобы тренировка была эффективнее.

Когда я бегала без часов, я старалась бежать как можно быстрее и дольше. Сердце колотилось, я задыхалась, но была искренне уверена, что так я развиваю выносливость. Когда начала бегать с часами, обнаружила, что больше половины времени бегаю в анаэробном режиме (это когда сердце бьется очень быстро, и нагрузка на организм так сильна, что вдыхаемого кислорода уже не хватает для удовлетворения потребностей организма). Анаэробные нагрузки действительно важны для тренировок, но должны составлять не более 20% времени, иначе они могут быть опасны для здоровья.

Оказывается, половину времени на этой тренировке я бежала в анаэробном режиме. Это бессмысленное и опасное напряжение. Во время тренировки надо контролировать пульс и большую часть времени заниматься в аэробном режиме

 

Какие показатели важны для бега и должны быть в ваших часах?

Пульс. Во время бега важно контролировать свой пульс: исходя из этого, можно понимать, в какой зоне пульса вы находитесь, и в зависимости от этого повышать или понижать нагрузку. Узнать максимально допустимое значение своего пульса и определить границы тренировочных зон можно с помощью интерактивного калькулятора ЧСС для беговых тренировок.

Темп. Он показывает, за сколько минут вы пробегаете один километр. На него полезно ориентироваться, если вы поставили себе цель пробежать определенное расстояние за определенное время: например, 10 километров за 50 минут. Для менее очевидных подсчетов, чем в этом примере, есть калькулятор темпа бега.

Дистанция. Показывает, какое расстояние вы пробегаете. Стоит обратить внимание на то, встроен ли в умные часы Джи-Пи-Эс, или на тренировку нужно брать смартфон и мерить расстояние с его помощью. Некоторые советы о том, как улучшить результаты в беге на длинные дистанции, даны в статье на Вики-Хау.

Частота шагов. Это спорная функция, и она есть не во всех часах. Олимпийский призер с неспортивным именем Джэк Дэниелс в книге «От 800 метров до марафона» объясняет, что при беге на длинные дистанции лучше всего придерживаться частоты 180 шагов в минуту — якобы это менее травматично и приводит к лучшим результатам. Однако достаточных научных оснований считать именно эту частоту оптимальной — нет. Увеличение частоты шагов действительно снижает травматичность, но только вкупе с правильной техникой бега. Чтобы поставить технику, советую взять хотя бы пару занятий с тренером.

После тренировки я могу посмотреть подробный отчет и решить, что скорректировать

 

На что еще смотреть при выборе часов?

Экран. У некоторых умных часов (например, Ксайоми Ми Бэнд 1)  нет экрана. Это не проблема, если вы готовы бегать с телефоном и постоянно проверять свои показатели на экране, но лично мне удобнее мимоходом смотреть на запястье, а не копаться на бегу в смартфоне. К тому же умные часы с экраном обычно умеют еще и показывать время. 🙂

Приложения для смартфона. У некоторых часов, например Ксайоми, простенькие программы для Айфона и Андроида, которые бывают плохо переведены на русский язык и не лишены багов. У других, например у Джабона, приложения сделаны так хорошо, что ими восхищается даже Людвиг Быстроновский.

Сменные браслеты. Смотрите на возможность покупки сменного браслета для часов: иногда родной браслет разнашивается и ломается, и обидно покупать целые новые часы, вместо того чтобы поменять только браслет.

Цена.
Разброс по цене у часов очень большой: первый Ксайоми Ми Бэнд стоит меньше тысячи рублей, а некоторые модели Эпл Вотч — больше ста тысяч. В более дешевых моделях обычно меньше функций и менее точные измерения, но они могут быть оптимальным вариантом, если вы новичок и только собираетесь попробовать бегать на результат.

Дополнительные фишки. Помимо мониторинга спортивной активности, в умных часах бывает много других фишек. Почти все они умеют принимать уведомления о звонках и сообщениях с телефона, во многих есть умный будильник, мониторинг сна, влагоустойчивость, возможность платить часами. Чем больше дополнительных функций, тем обычно выше цена часов. Здесь рекомендую ориентироваться на свои повседневные нужды: я, например, терпеть не могу постоянную вибрацию от уведомлений и мне не важна возможность платить часами, зато умный будильник (он отслеживает сон и будит в правильную фазу сна) — очень полезная штука.

Запомнить:

  1. Умные часы нужны, чтобы тренироваться эффективнее и предостеречь от опасных нагрузок. Важные показатели — пульс, темп, дистанция бега и частота шагов.
  2. Если вы новичок, а часы вам нужны только для бега — можно взять более простую, менее навороченную и точную модель. Если намерены тренироваться всерьез и важны дополнительные функции, можно покупать более дорогие, точные и многофункциональные модели.
  3. Посчитайте свою анаэробную и аэробную зону пульса и контролируйте пульс во время бега — так вы будете достигать лучшего результата и избежите чрезмерной, опасной для здоровья нагрузки.
  4. Возьмите тренера, чтобы выработать правильную технику бега — это снизит риск травмы, особенно на длинных дистанциях.

 

 

Вероника Денисова, 2017.
Фото в заголовке: https://pixabay.com/ (свободное использование), остальные фото автора
Шрифт: Noto Serif

Про мотивацию и жаб

Иду сегодня себе на работу, ради разнообразия никого не трогаю. Насвистываю, подпрыгиваю, смотрю по сторонам. Смотрю прямо, смотрю налево, смотрю направо, еще раз смотрю направо, останавливаюсь, смотрю направо очень внимательно.

Там, справа, висит огромная во всю стену реклама фитнес-клуба. Специальное, говорят, предложение. Только до конца ноября, говорят. Заплатите нам за семь месяцев всего лишь – а дальше идет сумма, которую мне на данный момент жизни было бы влом заплатить практически за что угодно, а не то что за полгода фитнеса.

Я самодовольно фырчу. Самодовольно – это потому что у меня по корпоративному тарифу целый год фитнеса (не в таком пафосном клубе, но все-таки) стоит примерно в восемь раз дешевле, чем вот эти вот полгода. That’s what I call resource management. Бери всё и не отдавай (практически) ничего. Джек Воробей мной бы гордился.

Потом, правда, я несколько приунываю, сообразив, что за это время была в зале… ну давайте будем честными. Несколько раз. Не то чтобы совсем не, но явно меньше, чем могла бы. Come on, вы же знаете, что такое осеннее утро. В семь утра (и вечера) осенью влом даже жить, не то что ходить в зал.

А если бы я заплатила за фитнес вот такие бешеные деньги, – вдруг соображаю я, – мне было бы, скорее всего, влом не ходить в зал.

Мотивация пришла бы ко мне в облике зеленой жабы, которая начала бы душить меня за то, что наши кровные сгорают там без остатка, пока я сплю в уютной кроватке. Чем больше пришлось бы заплатить, тем жирней была бы жаба, тем более сильными пинками она бы гнала меня тренироваться.

Я сейчас сильно упрощаю, но, кажется, это история примерно про все платные услуги, где не приносят ништяки на блюдечке с каемочкой, а требуют усилий непосредственно от тебя.

За что мы на самом деле платим, когда покупаем онлайн-тренинги, вебинары, книги, фитнесы, курсы? За гарантию качества, красивые бумажки и будущие перспективы разной степени туманности – это безусловно.

Но значительная часть этих денег идет на покупку мотивации. Опять-таки сильно упрощая, предположу, что зачастую вся разница в стоимости аналогичных продуктов идет именно на ее оплату.

Заплатил немножко, почти как на карманные расходы отстегнул – и забыл, как о тех карманных расходах. Не извлек максимальную пользу из книги, не пробил все возможные новые полезные контакты, перестал делать домашку после второго вебинара, поковырялся в программке и забыл. А чего? Почти бесплатно же!

А вот когда платишь сумму, про которую твой внутренний финансовый аналитик орёт «сколько, бл*?!»…

Ты выжмешь из того, что тебе за эти деньги дали, максимум. Потом развернешь, сложишь по-другому и выжмешь еще раз.  Еще бы, в твоей психике только что образовалась дыра размером с годовой бюджет Новой Гвинеи, и пока ты перед собой же за каждый шекель не отчитаешься, она не зарастет!

Я, конечно, утрирую и беспардонно выкидываю остальные переменные – по-умному это называется «строю модель» – но, кажется, мотивация легко приравнивается к ресурсу, который можно использовать для достижения разных своих целей.

Этот ресурс у каждого человека изначально на своем уровне. Мне знакомы люди, которые без всяких дополнительных пинков извлекают максимум из своих способностей и возможностей, впахивают, оптимизируют и достигают. Окружающие мамы ставят их своим детям в пример, начиная с ясельной группы. Они вертят Вселенную на своем внутреннем локусе контроля.

И есть люди, которым легко начинать что-то новое, но для продолжения деятельности им нужно либо железное внутреннее понимание, что им прямо очень это надо, либо систематические пинки извне. (Пользуясь случаем, maman, миллион благодарностей)).

Хорошая новость, до которой я дошла сегодня, состоит вот в чем: иногда, если извне заставлять тебя некому, а на одной своей силе разума далеко уезжать не получается, то часть мотивации, видимо, можно купить. Прям за деньги.

Только на ней не получится сэкономить, потому что это работает прямо наоборот: сумма должна для вас что-то значить. Чтобы хоть раз пришлось проскрежетать зубами что-то в стиле: «Блин, да я бы на эти бабки!!…». Тогда разница между тем, что вы заплатите легко, и вот этими безбожными деньгами – это и есть additional motivation. Все то, что останется, когда первый энтузиазм выгорит, и начнутся трудовыебудни.

Чем больше эта разница, тем больше жаба, которая будет всю дорогу стоять над вами, потрясая мокрыми лапами, и квакать: «Арбайтен! Задушу! А ну-ка отрабатывай!».

Жаба не то чтобы заставит вас хотеть что-то делать.

Жаба вам даст понять, что не делать – не вариант.

И в этом смысле она крайне полезное земноводное.

«…или кто такой «нормальный гражданин»?»

В детстве мы все – очень впечатлительные мальчики и девочки. Потом, впрочем, тоже. Но в детстве – особенно. Все вложенное в нас в первые пятнадцать лет жизни – это вроде установок по умолчанию: просто так не поменяешь, да и поди еще найди меню, в котором надо покопаться, чтобы поменять дефолтные значения параметров.

Все самые глубокие убеждения, все самые важные жизненные правила – родом оттуда, из детства-отрочества; они появились у нас еще тогда, когда мы толком не осознавали, кто это – мы, а потому стали почти что частью нас. И расставаться с ними бывает… не обязательно болезненно, но всегда как минимум очень странно.

И часто – очень важно.

Писатель, которого я очень любила в двенадцать лет, ненавидел слово «норма». Норма, говорил он, это то, что принято большинством, это то, что человека скручивает в бараний рог и загоняет в раз и навсегда кем-то установленные рамки, заставляя соответствовать и терять свою истинную сущность. Быть «нормальным» человеком – страшно.

Звучит это очень логично и вдохновляюще. Даже сейчас. Некоторые другие идеи этого же автора здорово мне помогли в свое время, а потому я верила абсолютно всем его словам безоговорочно; я еще не знала, что человек может быть очень сильно прав в одном – и оглушительно неправ в другом. Вернее, прав, со своей колокольни, но тебе эта правда не подходит.

Короче, в течение многих лет слово «ненормальная» было для меня почти комплиментом. Не в смысле намеков на психическое нездоровье, но вы поняли. Когда «нормальные» люди маркируют тебя как отличающегося от них – это здорово, это значит, ты личность. Значит, можешь идти против толпы. Значит, можешь что-то менять.

Слово «нормально» заставляло меня болезненно морщиться, вызывая ассоциации с предписанными статусами, закоснелыми социальными институтами, общественным контролем и прочими удавками на шее творческого человека. Не_норма! Think outside the box! Be yourself no matter what they say! Ну, вы понимаете. Искорка бунтарства в этой нашей «ломающей системе».

Каково же было мое удивление, когда через несколько лет слово «нормально» взяло и поменяло для меня свой привычный смысл. Не сразу, конечно. От своего предубеждения к нему я избавлялась довольно долго.

И в итоге оно стало чуть ли не самым комфортным словом в мире.

Потому что я теперь стала использовать его совсем наоборот – не как необходимость чему-то там соответствовать, а как инструмент принятия себя. И всего, что со мной происходит.

Я злюсь? У меня не получается? Мне больно? Я испытываю какие-то непонятные желания? Мне плохо и нет настроения? Тремор в мышцах из-за стресса, холодно, устала от физической нагрузки, не могу справиться с потоком мыслей?

«Это – нормально». Универсальный переключатель. Сигнал самой себе – эй, со мной всё в порядке. Я не буду сражаться сама с собой. Я не буду обвинять себя в том, что со мной происходит, и думать, что со мной что-то не так. Я не буду бороться с уже произошедшим, я принимаю всё это. Это – естественно. Это – нормально.

И раз это всё – нормально, то можно дальше не тратить психические силы, выясняя, где я накосячила и почему всё опять не как у людей. Нет необходимости себя ругать и заниматься тургеневскими самокопаниями.

И за счёт не-борьбы с собой освобождаются силы на то, чтобы решать конкретные проблемы. «Мне больно и грустно» – это проблема, а «как же так, мне не должно быть больно и грустно» – «нет, это нормально».

«Это – нормально»: одеваться, как хочется, плакать, когда нужно, выражать эмоции, соглашаться или спорить, любить или уходить, радоваться или скучать. Делать, что нравится. Чувствовать, что чувствуется. Не отрицать самого себя. И решать то, что требует решения, а не цепляться по дороге за искусственные чувства вины, стыда или недовольства собой.

Норма – не бараний рог и не злая система.
Норма – это утверждение, что какие бы мы ни были разные, мы все имеем право быть собой.

Котоstories. Конец

Я никогда раньше не теряла ни по-настоящему любимых животных, ни близких людей.

Сам по себе факт, что когда-то нам придется кого-то потерять, а может, и не один раз, уже достаточно пугающий; но больше всего я боялась своей реакции на смерть – именно потому, что понятия не имела, как я буду себя вести и что чувствовать.

Будет больно – а вдруг я этого не вынесу? А вдруг меня затянет в депрессию? А вдруг я потеряю доверие к миру и больше не смогу ему радоваться, а вдруг я начну обвинять Вселенную в несправедливости, а вдруг я больше не буду прежней? Сколько я буду переживать и плакать – неделю, полгода, может, дольше? Как я буду жить со словом «никогда» – никогда больше не обнять, не погладить, не поговорить, не поиграть…

Иногда я мысленно подходила к краешку своего уютного мира и пыталась выглянуть туда, где случается смерть. Я знала, что эту непонятную, огромную, болезненную штуку придется когда-нибудь впустить к себе, но как с ней жить, было непонятно.

И мне было страшно.

***

Всю предыдущую неделю меня грызла непонятная тревога. Потом, уже после всего, я посчитала эту тревогу предчувствием. Интуицией. Не сомневаюсь, что Нассим Талеб сказал бы по этому поводу что-нибудь другое.

Вечером мама позвонила мне и сказала, что Рыжий разбился, выпав из случайно открывшегося окна на кухне.

И тут случилась интересная штука. Оказалось, что все вот эти мои любимые самокопания, внутренние диалоги, неодобрение себя и прочие периодически вылезающие постподростковые комплексы – это, вообще-то, роскошь. Развлечение для мозга, у которого всё хорошо и ему нечем заняться. В стрессовой ситуации игра в саморазрушение мгновенно прекратилась, и началось здоровое выживание, в том числе в психологическом плане. Включились предохранители, запустилась программа «отставить все лишнее и срочно делать себе лучше», практически с голосовыми командами:

«Сядь. Попроси тебя укрыть. Объясни, что с тобой. Предупреди, что сейчас спокойно, а потом будет хуже. Посиди. Теперь иди поешь. Ложечку за маму, ложечку за папу. Надо поесть и выпить горячего, ну, давай. Окей, теперь плачем. И еще. И еще. Надо захватить салфеток, сто процентов понадобятся. Опять плачем, ну и славно. А теперь поспи, ну же, надо поспать…».

Как ни странно, всю дорогу в сознании оставался какой-то маленький спокойный уголок, который терпеливо наблюдал за происходящим и отмечал: «Сейчас хочется плакать, значит, надо поплакать. Теперь болит, это нормально. Сейчас спокойно, может, еще захочется плакать потом». Этот «уголок» ласково пресекал мои попытки покопаться в открытой ране, замкнуться в себе, уйти мыслями в навсегда потерянное прошлое или в будущие страдания. Он напоминал: «Я – здесь и сейчас, я справляюсь именно с тем, что болит сейчас, я двигаюсь шаг за шагом, я делаю только то, что для меня хорошо, и прошу помощи, если она требуется».

И когда я плакала, и лежала в клубочке, и чувствовала глухую боль, я понимала, что это все равно не конец. Я не умираю. Мир не рушится.

Просто случилось что-то, что я не могла предвидеть и предотвратить, просто я не ожидала этого, просто мне от этого очень больно. Но жизнь не закончилась. Жизнь, сама по себе, не стала хуже. И пока я сидела, глядя перед собой, или плакала, или пыталась отвлечься – это было не про боль и не про горе. Это было про старания пережить случившееся и потихоньку восстанавливаться.

Жить дальше.

***

Вечером следующего дня я шла по залитому солнцем лесу.

Где-то под зеленым, тихо шелестящим кленом был похоронен мой любимый кот, погибший так рано и случайно, существо, которому я радовалась каждый день и собиралась радоваться еще двадцать лет.

И я знала, что еще буду плакать и скучать. Скучать по его мурчанию у меня на коленках (исключительно утром, потому что днем он был взрослый и самостоятельный кот); по приветственному «мррр», когда я приходила домой; по рыжей шерстке и гордо поднятому хвосту; по топоту его лап по коридору; по нашим догонялкам по всей квартире; по его уютным умываниям по вечерам.

Рыжий ушел от меня навсегда, а жизнь не заканчивалась. И она была прекрасна.

И мне было спокойно. Я встретилась, наконец, со своим главным страхом. И со всем уважением, черт оказался не так страшен, как я его себе намалевала. Да, больно. Да, тяжело. Нет, не смертельно.

Теперь я знаю хотя бы, что, когда снова столкнусь со смертью близкого существа, я не сломаюсь, не уйду в депрессию, не начну проклинать мир за несправедливость и не разучусь радоваться жизни. Случиться может что угодно. Бывает больно, грустно, обидно, тяжело и еще много как… но если ты жив, значит, дела у тебя все-таки идут скорее хорошо, чем плохо.

Спи спокойно, дорогой мой Рыжий.

А я пойду дальше.

Письма Крошки Мю: ДокторФест

В обычной жизни я, в общем, неплохо функционирую.

Собираю информацию. Оцениваю возможности. Принимаю решения.  Рефлексирую. Все это вполне эффективно работает в штатном режиме.

Но когда происходит стрессовая ситуация, тут бабушка надвое сказала. Бывает, мне удается переключиться в авральный режим и быстро решить проблему. Но чаще случается, что мозг тормозит на полном ходу, в ужасе забивается в угол черепной коробки и поднимает табличку «Без меня!!!». И я начинаю соображать в два раза медленнее (там, где надо бы в два раза быстрее), тело зажимается, адекватности ноль, в общем – готовый кандидат на вылет.

К чему я это всё? Неделю назад я не смогла бы себе представить ситуации более стрессовой, чем оказание первой помощи.

Во-первых, я не знала, что нужно делать  – в голове были только беспорядочные обрывки из серии «надо щупать пульс и дышать рот в рот». Во-вторых, ничего из этого я бы все равно вспомнить не смогла – страх, спешка и груз ответственности за чужую жизнь блокировали бы мне остатки мозга, и я бы переключилась в режим хорька-паникёра, пока кто-нибудь милосердно бы меня не вырубил.

На Докторфест я поехала, в основном, за ответом на вечный русский вопрос «Что делать?». Я смутно догадывалась, что не к каждому бессознательному телу надо приставать с поцелуями, но альтернативы мне были неясны. Есть такие знания, которые могут пригождаться не каждый день, но которые спокойнее иметь, чем не иметь.

Опять же, может, если информации будет больше, то во время стресса она из головы вылетит не вся?

***
Огромный оранжевый купол-тент на лесной поляне. Палаточный лагерь под лучами жаркого предлетнего солнца.

Лекции, перерывы, еще лекции, практические занятия. Удивительно, как все это удалось упихнуть в один короткий день.

Еще более удивительно, что в голове при этом не возникло каши. Впрочем, когда материал структурируют и интересно подают, он аккуратненько укладывается в памяти на манер тетриса – и информации влезает значительно больше.

Глобально, в первый день нам дали ответы на два самых важных вопроса.

Во-первых – что делать с пострадавшим. Простые, понятные алгоритмы первой помощи: что делать сразу, что оставить на потом? В какой последовательности осматривать человека? Что с ним можно делать, а что нельзя? Как делать СЛР, как накладывать шину, жгут или повязку, что говорить и как взаимодействовать…

Во-вторых – что делать с самим собой. Со своим собственным стрессом, травматическими синдромами, ступором, истериками и остальными реакциями. Как  переключиться из режима паникующего хомячка в режим спасателя. И, более глобально, в жизни – из неэффективного состояния в рабочее.

Засыпая тем вечером, я уютно устраивалась в палатке и думала, что, судя по первому дню, завтрашняя игра в спасателей в нацпарке должна пройти тепло и лампово. Я же столькому научилась, я же теперь знаю всё или почти всё. Я теперь очень умная и спокойная, практически готовый спасатель, а спать осталось еще целых девять часов. Может ли что-то быть комфортнее?..

***
В час ночи в лагере поднялся крик.

Кричали, по-моему, все. Кричали инструктора снаружи, отсчитывая минуты до старта. Кричали люди в палатках – на тему «что?», «куда?» и «какого черта?!».

Сонных, ничего не понимающих людей в темноте собрали в кучу и быстро побили на команды.  Концепция всего мероприятия звучала примерно как «доброй ночи, а ну-ка посмотрим, что у вас осталось в голове».

И вот тут оказалось, что перевязывать человека под солнышком, не торопясь и обмениваясь шутками – это одно. А в темноте, в неверном свете фонарей, в команде и за ограниченное время – совсем другое. Растерянность, раздражение, усталость, страх – потому что нельзя не задумываться, что будь на месте воображаемой раны настоящая, каждое твое неверное, неловкое и медленное движение по-настоящему отнимало бы время чужой жизни.

Я помню момент, когда мы неправильно начали накладывать «пострадавшему» шейный воротник – просто, не задумавшись, повернули голову из скошенного положения в нормальное. А потом дошло, что мы сделали. Что реальный человек в этот момент у нас на руках бы умер.

И к этой логичной, в общем-то, для тренировки ошибке я оказалась психологически не готова. Всех новоприобретенных знаний про борьбу со страхом и стрессом хватило только на то, чтобы с переменным успехом держать себя в руках.

Я все еще ничего не умею и не знаю. Кого я, к черту, могу завтра спасти?

***
Утром второго дня мы разминались и заодно играли еще в какие-то командные психологические игрушки. Было забавно наблюдать за собой и другими, отслеживать баги в собственном мышлении и пытаться осознанно менять стратегию. Работать в одиночку и в команде, брать на себя ответственность и уступать ее.

Все это было мило и здорово, но я все еще понятия не имела, как я собираюсь играть. Страх столкнуться с чем-то совсем новым, ошибиться и не справиться – с задачей и с самой собой –перебивал всё. Да, это была игра, но здесь весь смысл был в том, чтобы играть всерьез.

И тогда-то я ооочень четко почувствовала, как работает психосоматика. Как мысли влияют на состояние тела, вызывая не просто легкое недомогание, но полноценное предобморочное состояние. Когда тело включает защитные механизмы, и вот ты уже сидишь и залипаешь в одну точку, не в силах встать или хотя бы сконцентрироваться. Когда понимаешь, что перебраться на пару метров в сторону – это уже большая проблема, не говоря о том, чтобы еще полтора часа бегать по лесу и кого-то откуда-то выносить. Я понимала, что по большей части загнала себя в это состояние сама, и безумно на себя злилась.

Потом, уже сильно постфактум, я поняла, что мне на самом деле повезло.

Если бы я себя, не в первый уже раз в своей жизни, не спустила тогда на уровень недееспособности – мне не показали бы тут же, как из этого состояния выходить.

Что можно самой себе сказать, что сделать, чтобы с помощью все той же психосоматики (и горячего чая с лимоном, да) вернуться в нормальное состояние. «Бесплатно, без смс и регистрации», практически мгновенно. Из полуобморочной тургеневской девушки превратиться в нормального человека, который может справиться почти со всем – и с физическими нагрузками, и  работой в условиях стресса, и с принятием решений, и, таки да  – с оказанием первой помощи.

С ДокторФеста я возвращалась с ощущением, что провела в лесу, по крайней мере, неделю.

Ну не могло быть иначе, не влезло бы это всё в два неполных дня.

Все эти лекции, разговоры, костёр, командные игры, знакомства и встречи, старое-доброе и лучшее новое. Все эти новые ощущения и знания, все эти фишки, полезные не только в экстренных ситуациях, но и в жизни. Все эти потрясающие люди.

Есть места, куда хочется возвращаться снова, а есть места, в которые точно знаешь, что вернешься.

Чтобы узнать еще больше.
Чтобы быть еще лучше.

Письма Крошки Мю: Современное искусство и его пациенты

rothko
Это картина художника Марка Ротко «Фиолетовое, зелёное и красное». Она находится на третьем месте в списке самых дорогих картин мира: в 2014 году она была продана за $186 млн.
Другая картина этого же автора «Оранжевый, красный, желтый» продана за $87 млн. Я ее здесь приводить не буду – вам нужно просто посмотреть на предыдущую и чуть-чуть поиграться с цветами. Еще одна ушла с аукциона за $82 млн – называется она «№10» и выглядит ровно так же, только в черно-коричневой гамме.
Поговорим о современном искусстве.
***
Вообще, при всяком взаимодействии с современным искусством во мне возникает минимум одна из трех мыслей. (Иногда – последовательно, а чаще – все три сразу).
 1.      «Мир сошел с ума, одна я нормальная».
 2.      «Мир нормальный, одна я сошла с ума».
 3.      «Нас на[обманули жестоко и беспочвенно], расходимся».
Это касается живописи, музыки, литературы, архитектуры со скульптурой, театра и всего остального. Я нежный цветок, взращенный в стенах консерватории и в залах ГМИИ имени Пушкина. Я отлично знаю, как можно на два часа зависнуть в зале, где на одной стене висит «Последний день Помпеи», а напротив – «Девятый вал». Я понимаю, почему Чайковского, Бетховена и Моцарта называют классиками… ладно, возможно, я не смогла бы это внятно объяснить, но, по крайней мере, возражений против этого у меня нет.
Чего я не понимаю, так это почему три цветные полоски стоят на аукционе больше, чем мой микрорайон. Почему какофония рандомно нажатых клавиш называется «новаторством и прорывом» в музыке, почему люминесцентная лампа – это отдельный выставочный экспонат и что, черт возьми, такого глубокого в «Черном квадрате» Малевича.
Я, в общем-то, давно задвинула бы все эти “God, why” на задворки сознания, но они продолжают появляться в поле зрения с завидной регулярностью, в итоге сливаясь в единственный вопрос.
Почему людям вообще это нравится?
Почему, чем абсурднее книга, тем упорнее в ней ищут смыслы, подоплеку и тайные знаки? Почему вокруг того же «Черного квадрата» столько кипиша из серии «Что хотел сказать автор»? Что заставляет людей часами стоять перед двумя треугольниками – красным и синим (с) и рассуждать, как глубоко автор понял современное общество/культуру/ужас бытия/ космическое единство/сюрреализм окружающего мира/нужное подчеркнуть?
Формулировку всех этих вопросов часто очень хотелось заменить на практичное «вы что, все идиоты, что ли?». А потом – отродясь не бывало, и вот опять – я вдруг кое-что сообразила.
Людям не интересно, что там хотел сказать автор (композитор, скульптор, художник). Люди не автора там ищут.
Люди ищут себя.
***
posledny-den-pompei

Это картина Карла Брюллова «Последний день Помпеи», и она мне всю жизнь нравилась тем, что она эпична и в то же время предельно проста.

Про любого человека на этой картине с первого взгляда можно сказать, чем он там занимается. Картинные позы и компоновка кадра позволяют. Если совсем тяжко, открываешь любой учебник по МХК, и там для чайников объясняют: вон Везувий извергается, вон статуи падают, вон люди испытывают по этому поводу разные смешанные чувства.

Эта картина доставляет эстетическое наслаждение (ну, предположим) и в то же время оставляет крайне мало простора для фантазии. Туда невозможно привнести никаких собственных смыслов, тут всё уже закончилось и написалось. Нельзя представить, например, что это карнавал в Венеции. Говорят тебе, Последний день Помпеи, значит всё, баста.

А вот когда с первого взгляда непонятно, что же там хотел сказать художник…

VHFNhxZ5MfU

Эта картина художника Сая Тумбли. Без названия, что очень мило с его стороны. Продана всего-то за $9 млн — по сравнению с Ротко он нищеброд, но на коктейльчик в выходные, пожалуй, хватит.

Что здесь изображено – черт его знает, и в этом прелесть: ты можешь привнести в картину любой смысл. Абсолютно любой. Хочешь – представь, что это написано кровью, а может, это размазан клубничный джем. Может тут граффити, может прописи, может зашифрованное послание. Может, здесь отражена идея безнадежности существования, а может – поиск новых языков. И это зависит уже не от художника, а только от тебя.

Чем меньше тебе рассказывают и чем больше позволяют додумывать, тем меньше в итоге в произведении от автора и больше – от зрителя.

И, может быть, в этом есть смысл. Дать людям полуфабрикат и разрешить приготовить его так, как хочется. Намеренно раздражать, чтобы возник вопрос «а что именно здесь меня так злит». Не столько наполнять произведение собственным смыслом, сколько оставлять в нем пространство для другого человека, чтобы он сам «доделал» его, додумал так, как может и хочет додумать.

Может быть, в конце концов, такое искусство – это уже не способ самовыражения для автора, но способ самопознания для зрителей. Сталкиваясь с хаосом, с непонятными вещами, ты неизбежно стараешься его объяснить и упорядочить, и естественно, делаешь это в меру тех знаний и инструментов, что уже есть в тебе самом. И это неплохой способ узнать больше о себе самих.

Конечно, если в себе разбираться лень, в любом случае можно просто поставить автору собственный авторитетный диагноз – что тоже бывает довольно приятно.

И это нас, кстати, тоже весьма характеризует. 🙂